СОЗЕРЦАТЕЛЬ

07:04 pm - Возвращение

     Ну вот, не прошло и двух лет, как я вернулся в свой журнал. Сейчас только совсем уж ленивый не становится самодеятельным журналистом, точнее – блогером. Другое дело – ради чего? Ответ до жути банален: ради самовыражения и реализации потребности в расширенном общении. Дело в том, мне кажется, что индивиды, составляющие повседневный круг твоих живых контактов со временем частенько становятся малоинтересными, да и тебя, предполагается, знают «как облупленного». Вот и хочется людям заново «сконструировать» себя, создать абсолютно новый (и, желательно, идеальный) образ всем интересного человека, а если удастся – законодателя, авторитета, гуру в каких-то не менее интересных областях жизни.

     Я, конечно же, исключение :). Общения, в силу профессии, мне более чем достаточно, причем в такой мере, что возникают аллергические реакции и желание удрать туда, где никого, кроме семьи, нет. Что касается имиджа, то тешу себя мыслью, что в интересных мне кругах он давно сформирован и имеет позитивные черты.

     Вот в этом месте я, пожалуй, остановлюсь, ибо есть риск уйти в материи, которые очень далеки от интернет-писательства и блогостроительства. А если оставаться в рамках оных, то замечу, что важнейшим их предметом являются хобби, увлечения и прочие человеческие страсти, компенсирующие избыточность повседневных забот и пресыщение ими…

Продолжение (ниже) следует

06:51 pm - О фотографических страстях, фотопомешательстве и технократизме

«Не верьте что качество работы равносильно качеству инструментов. Мир полон фотографов, которые выдают очень резкие и абсолютно неинтересные работы. Они могут часами хвастаться своими apo- или aspherical штуками, но восьмой закон Джонстона неумолим: отстой есть отстой».

Johnston's lens ramblings

06:37 pm - О фотографических страстях, фотопомешательстве и технократизме

       Новый век стремительными темпами приучал народ к «цифре». Пленочные камеры вместе с пленкой как-то незаметно покинули прилавки ширпотребовских магазинов, уступив место сверкающим электронным «фотикам». Граждане вновь ожили и еще энергичней затрещали затворами своих аппаратов. Цифровая фотография оказалась неизмеримо удобней и дешевле – почти всеобщая компьютеризация позволяла ничего не печатать и даже не перегонять в компьютер. Обленившиеся «фотографы» разглядывали свои творения прямо на мониторчиках и дисплеях камерофонов. Кстати, мобилография сверх всяких мыслимых пределов раздула армию «фоткающих», загрузив мозги маркетологов тягостными мыслями о путях рекрутирования новых потребителей. Накручивание мегапикселей на микроскопических матрицах убедило даже самых неискушенных в полнейшей практической глупости этой рекламной затеи. Нынче корпорации запустили новую фишку – мыльничные ультразумы и крохотные матрицы со сверхвысокой чувствительностью. Что ж, это хоть и кратковременный, но разумный выход – массы смогут влезть в шкуру сумеречных папарацци и почувствовать их сладостный азарт. Боюсь, правда, что чисто технические результаты народ разочаруют. И довольно быстро.

Впрочем, я, кажется, увлекся описанием очевидного. Разумеется, никакого отношения к Фотографии упоминаемые граждане не имеют. Точно так же, как всякий умеющий стучать по клавиатуре - к писательскому труду. Между тем, язык наш великолепно отразил разницу между нажимателями фотокнопок и увлеченными фотолюбителями. Если первые «фоткают», логично называя свою продукцию «фотками», то вторые пытаются фотографировать, делая снимки, или фотографии. Они крайне редко именуют результаты своего нелегкого труда этим просторечным неологизмом...

Продолжение следует

05:39 pm - О фотографических страстях, фотопомешательстве и технократизме

Наверное,  сообщества любителей фотографии стали складываться еще в эпоху первых шагов светописи. Сотни (а, может быть, и тысячи) завороженных магией получения «фотографических картин» бродили с тяжелыми деревянными ящиками, треногами и пластинами, пытаясь копировать увиденное. Поначалу восхищение публики вызывал сам технический факт рождения светописного образа. Думаю, что художественные достоинства получаемых снимков не были в ту пору каким-то особым предметом внимания и, тем более, анализа. Последнее приключилось с фотографией много позже. По мере того, как техническое качество фотографии смещалось в сферу конструкторских и инженерных забот, росло число тех, кто пытался воплотить (и успешно воплощал) в жизнь свои художественные идеи. Более того, люди даже стали ощущать негативное воздействие техники на свое творчество. Не мною сказано, но нынче художник и в самом деле вынужден изловчаться так, чтобы в конкуренции с «интеллектом фотоаппарата» не утратить свою индивидуальность, чтобы техническое совершенство «этой железки» не накрыло бы его художественный замысел своим непроницаемым плащом. Так что теперь сделать «настоящий» снимок стало заметно сложнее.

Кто знает, может быть именно эта сложность породила особое племя технофетишистов, то есть публику, которая всю свою фотографическую страсть расходует на тестирование и обхаживание аппаратуры. И этим любителям несть числа, чему свидетельством просторы интернета. Из огромного множества фотосайтов и порталов немалое количество «перетирает» исключительно техническую проблематику, а там, где наличествуют творческие разделы, фотоискусство частенько выступает в роли падчерицы. 

05:30 pm - О фотографических страстях, фотопомешательстве и технократизме

        Характерно, что интернетовский фототехнический диктат выступает мощным рекрутером и воспитателем новых поколений фетишистов. Меня, например, умиляет такая вот типичнейшая картинка. Некий субъект, начитавшийся «контента» упомянутых сайтов до полнейшего одурения, покупает себе зеркалку (нередко дорогущую, «на вырост») и первым делом выпытывает у интернет-сообщества, чем ему заменить «китовый» объектив. Доброхотов в сети много и спустя некоторое время наш герой заменяет позорящий его штатный объектив каким-нибудь светосильным зумом ценою в пару «килобаксов». И тут новая незадача: совсем скоро выясняется, что крутая линза ничуть не лучше «кита», ибо картинка у этого любителя получается мутноватой и не вполне яркой. Конечно же, интернет как великий просветитель открывает ему секреты неудач. Начинается очередной увлекательный этап продвижения к созданию будущих шедевров. На этот раз он включает в себя проверку оптики на бэк- и фронт-фокус, хотя может быть посвящен любым тестирующим процедурам. Если у тестера некривые руки, а эксперименты подтверждают исправную работу наличной техники (при посредственных «фотках»), светлую его голову начинает сверлить назойливая мысль о разумности замены камеры на новейшую модель с очередным уникальным процессором и потрясающей матрицей.

Я вспоминаю, какой ажиотаж царил в фотографической тусовке четыре года назад, когда Canon анонсировал свою «двадцатку». С января и аж по август 2004 года, пока камера не попала на прилавки отечественных магазинов, народ по крупицам собирал информацию о грядущем «кропнутом» чуде с процессором DIGIC II от Canon EOS-1D Mark II, прогнозировал цены и предвкушал невиданные по качеству снимки. Весной, если не изменяет память, SergeSmart (тогдашний завсегдатай и авторитет портала Foto.ru) живущий в Штатах, выложил на сайте полноформатные сэмплы. Народ кинулся копировать картинки и оценивать динамические диапазоны, светотеневые проработки, шумы и прочее. Все это напоминало массовое помешательство. Хватило, однако, месяца, чтобы придти в разумное состояние и понять иллюзорность упований на технические инновации…

Продолжение следует

05:15 pm - О фотографических страстях, фотопомешательстве и технократизме

Однако свистопляска с «двадцаткой» повторилась с точностью до цифровой копии. И совсем недавно. На этот раз в герои выбился извечный кэноновский конкурент – Никон. Под конец прошлогоднего лета корпорация громогласно известила фотографическую общественность о выходе в свет шедевров технологического творчества – камер Nikon D3 и Nikon D300. В начале ноября 2007 года новая техника украсила витрины и полки чужих и далеких фотомаркетов. Но что нам расстояния! Индивидуальные коммерсанты и путешествующие граждане мгновенно пополнили фотоарсеналы страждущих новыми игрушками. Интернет взорвался аналитическими изысканиями новоиспеченных и страшно счастливых владельцев, а обделенная пока публика изучала виртуальную матчасть, готовясь во всеоружии встретиться с мечтой. Надо сказать, что время этих грез оказалось удачным – канун Нового года. В сей романтический момент многие позабыли о волнующих их матрицах, пикселях, шумах, диапазонах и прочих технококтейлях – страницы форумов запестрели лирическими пассажами на тему счастья обладания вожделенными девайсами. Некоторые были столь искренними в описании своих потребительских чувств, что сердце мое не выдержало, и я на скорую руку соорудил новогоднюю открытку с подобающим сюжетом.

Можно увеличить

Кстати, в момент фотошоповских манипуляций с зимним антуражем возникла занятная и почти комическая деталь. Я сообразил, что некоторые смешливые созерцатели не упустят возможности поиронизировать на тему суровой среды, в которую я бессердечно поместил свой новогодний подарок. И тут мне стало интересным, какой холод способны без серьезных последствий выдержать современные профессиональные камеры. Интернет меня разочаровал – реальной информации отыскать не удалось. В спецификациях всех известных профи-устройств (включая последние никоновские модели) фигурировали одни и те же стандартные цифры – от 0 до плюс 40 при 85% влажности. Верилось слабо, поэтому решил копнуть глубже, и в этом своем стремлении случайно наткнулся на изумительный пост в одном их фотофорумов (кляну себя за то, что не сохранил линк). Короче, некий субъект, решивший со всей серьезностью подойти к тестированию D300 на предмет сопротивляемости низким отрицательным температурам, мужественно сунул аппарат в морозильную камеру холодильника и продержал его там несколько часов. Эксперимент, по его рапорту, оказался удачным. В том смысле, что фотокамера выдержала минус 18 безо всяких негативных последствий. Комментариии оставлю читателям, а здесь замечу, что тесты фетишистов воистину не знают ограничений. Впрочем, это не совсем так. Наверное, до краш-тестов фотолюбители еще не доросли…

04:13 pm - О фотографических страстях, фотопомешательстве и технократизме

         Вернемся, однако, к предмету наших рассуждений. Гипертрофированное увлечение фототехникой, упование на магическую силу ее возможностей – чрезвычайно стойкое явление. Оно с завидным постоянством воспроизводится с каждым новым поколением фотолюбителей. И не только у нас, ибо феномен этот интернационален. К тому же он неплохо описан у некоторых известных авторов. Литературная конкуренция с ними без повторения тривиальностей (пусть и другими словами) малопродуктивна. Сошлюсь поэтому на статью под названием «Почему ваш аппарат не имеет значения», принадлежащую перу скандально прославленного Кэна Роквелла (Ken Rockwell).

Указывая на этого автора, я не случайно использовал прилагательное «скандальный». Роквелла фотографы не любят. И у нас, и у «них». Возможно, по той причине, что он амбициозен, хвастлив и нередко отличается раздражающим менторским тоном. (что, кстати, породило немало сатирических реплик. Но все это, будучи лишь формой, вовсе не умаляет значимости и неоспоримости содержания, того, что Роквелл пытается утвердить. Если кого-то заинтересуют поучения этого неординарного человека (кстати, он автор не только текстов, но и весьма добротных фотографий), могут почитать русские переводы некоторых других популярных его статей.

Все сказанное выше вовсе не означает утверждения малозначимости или несущественности технических качеств тех инструментов, с помощью которых фотограф выражает свое эстетическое мировосприятие. Различие между технофетишистами и образованными фотолюбителями определяется не параметрами технической грамотности и, тем более, аппаратной оснащенности. Оно, это различие, в неодинаковом отношении к фотографическому творчеству. При некотором упрощении, стратегия фетишиста сводится к разделению этапов освоения фотографии – вначале аппаратура и съемка как отработанный технологический процесс с безупречным результатом, а потом уж съемка как художественное творчество. Вся фишка, однако, в том, что второго этапа здесь так и не наступает – технические страсти подобно трясине затягивают в бесконечную глубину накопления и замены камер, оптики, студийного света, аксессуаров и столь же бесконечных испытаний приобретенного добра. Фотолюбительская же стратегия – кардинально иная, она базируется на едином процессе совершенствования прикладных знаний и фотографического творчества, на технике и искусстве, возможно даже при лидерстве последнего…

В затронутой мною теме есть еще один момент, который, как мне кажется, фотопублицистика игнорирует (или не считает существенным). Речь идет о том, что фотографический фетишизм некорректно путать с увлечением фотографической техникой и технологией. Если фетишисты, как правило, претенциозны по части своей значимости в творчестве, то их антиподы сконцентрированы именно на прикладных аспектах фотографии, на ее технике и технологии как таковых, безо всяких исключительных претензий на особые художественные результаты. Между прочим, эту полезнейшую категорию фотографических людей давно надо было бы обозначить каким-нибудь специальным термином, дабы отделить от малополезных обществу фетишистов. Может быть стоило назвать их фототехнократами, или просто технократами?

03:48 pm - О фотографических страстях, фотопомешательстве и технократизме

          Уже слышу голос виртуального читателя: «Примеры в студию»! Примеров хватает. Рискну указать на широко известного в фотографическом мире М.А.Афанасенкова. Его замечательная статья «Разумно о фото» обошла практически все фотосайты и вызвала огромный интерес у немалого числа фотолюбителей. Она и сейчас, спустя три года (а всяк знакомый с современной фототехникой знает, сколь для нее критичен этот срок), сохраняет статус чуть ли не классического пособия. Между тем, в качестве творчески ориентированного фотографа, М.А.Афанасенков вряд ли, думаю, кому-нибудь известен. Во всяком случае, на авторском сайте я смог увидеть только туристические фотоотчеты вполне бытового свойства. Придира, полагаю, мог бы даже указать автору на явные погрешности обработки или вовсе отсутствия оной. Следует ли из этого обстоятельства делать далеко идущие выводы? Сомневаюсь. Афанасенков, на мой взгляд, ценен как технократ, без которого освоение многими фотографической грамоты было бы менее плодотворным.

Разумеется, упомянутый автор не одинок. Буквально на днях наткнулся на чрезвычайно содержательный блог Алексея Тутубалина. С интересом прочел богатый материал о профилировании принтеров и обработке RAW, На сайте есть и несколько добротных его фотографий, но, ничуть не умаляя творческий потенциал автора, хочу  заметить, что чисто технологические вещи у него все же приоритетны…

Не могу не обратить внимание читателя на фотографические достижения Игоря Ульмана. Но речь не о фотографиях, хотя у этого автора немало мастерски выполненных работ. И.Ульман, на мой взгляд, замечателен своими первоклассными видеоуроками по обработке фотоснимков. Сейчас у него немало конкурентов, но по методическому мастерству он обогнал всех именитых отечественных авторов. Здесь я уже рассуждаю как профессионал, правда, в совершенно другой предметной области (просто многие методические принципы обладают универсальной природой).

В этих заметках было немало брюзжания, особенно по поводу фетишизма. Завершим, однако, во здравие. Технократы – двигатель прогресса. Фотографические произведения вряд ли отличались бы богатством творческих находок, интересными изобразительными решениями и художественными новациями, если бы тому не способствовали люди, чьим серьезным увлечением является техника и технология создания фотографических изображений.

05:51 am - Где эта улица, где этот дом... (:

Все, о чем стоит знать, всегда кто-нибудь расскажет… О занимательных литературных упражнениях «Индивидуалистической грузинки merienn» я узнал от… Впрочем, адресат здесь неважен. Просто мне рассказали о землячке, забавно описывающей жизнь города, в котором я родился и вырос, где еще живут мои друзья и куда я, по разным причинам, вряд ли попаду в ближайшее время. Иногда меня охватывает неизбывная тоска вперемешку с раздражением от бессилия сделать страстно желаемое – взять и приехать в городок Б, окунуться в прошлое, стать хотя бы на время молодым, беззаботным вертопрахом… Ну почему я могу сесть в самолет и через пару часов, безо всякой визы, оказаться в Турции в десятке-другом километров от Батуми, и не могу, без колоссальных хлопот и нервотрепок, попасть в этот самый «городок Б.»?! Я уже не говорю о материальной стороне дела, хотя путешествие в Аджарию (не в пример, кстати, Абхазии) сродни по затратам поездке с берегов Волги на какой-нибудь забытый богом (но не элитными турагентствами) тропический остров. Трудно в такой ситуации оставаться абсолютно неполитизированным субъектом.

Я стараюсь следить за развитием событий в Грузии и втайне надеюсь, на «возобладание здравого смысла» в поведении политиков. Иногда спрашивают, а в чем он, этот здравый смысл? Если воспользоваться языком политических абстракций, то, наверное, в «восстановлении взаимовыгодных экономических, политических и культурных связей». О традиционной «братской дружбе» я уже не говорю… Увы, нынешнему грузинскому лидеру, сдается мне, перспективы видятся совсем иными. Да и какими они могут быть, когда у власти находится человек, которого ментально взрастили янки и страну которого они по сути взяли на свое содержание. Не знаю, будут ли у меня здесь оппоненты, только, ради бога, не говорите о «суверенном выборе народа». На благодатной почве грузинских экономических неурядиц и на фоне весьма невнятной российской геополитики очень легко манипулировать общественным сознанием, чем, надо с сожалением признать, блестяще воспользовались американцы. Меня только удивляет… нет, не то это слово… Меня изумляет, даже убивает потрясающая наивность определенной (наверное, немалой) части грузин, искренне полагающих, что янки помогают далекой стране, руководствуясь исключительно духовными мотивами следования «идеалам свободы и демократии». М-да…

Прошлым летом удалось встретиться в столице со старой батумской подругой, ныне москвичкой, регулярно посещающей родной город. Большая политика большой политикой, а вот интересно мне стало, как она повлияла на жизнь простых, знакомых нам, людей после того, как из Аджарии стараниями президента был изгнан мэр Абашидзе. В ту пору господствовала стойкая иллюзия, что смена республиканской администрации повлечет за собой какое-то улучшение жизни. Короче, много было описаний и даже драматических историй. Вспомнили ну очень именитых когда-то батумцев и как-то независимо друг от друга в сознании у нас всплыл погодинский персонаж – инженер и ученый Забелин, торгующий на базаре спичками. Я бы, конечно, не стал окрашивать все в мрачные тона – многие, кого я очень хорошо знал, вполне благополучны и при новых властях, но горькое разочарование постигло немалое число недавних оптимистов.

И все равно Батуми это Батуми! Подобную тавтологию может хорошо понять даже тот, кто хотя бы раз заезжал в аджарские субтропики. Но в Батуми надо вырасти, чтобы по-особенному, «правильно», ощущать неповторимый аромат его жизни – парадоксально сладостную летнюю духоту, запах эвкалиптов, роз, кофеен, моря и… остывающего вечернего асфальта бульвара с чинно фланирующей ленивой публикой. Публику, кстати, не спутать ни с какой другой – интереснейший народ, который, понятное дело, перемывает кости всем и вся, но который еще и резонирует, более того – философствует. Трудно назвать тему, которая не могла бы стать предметом обсуждения вполне на вид обыденных и приземленных батумцев.

Думаю, что так это и сейчас, хотя я не был на своей родине с 1986 года. Многое, я знаю, стало другим, но есть вещи, которые не меняются. Это та нематериальная субстанция, которую принято именовать духом, в данном случае - духом совершенно особого метафизического явления под названием Батуми…